Vitamodo School · Сборник 2: Распознавание и профилактика суицида · Брошюра 5 из 10 · Версия 1.0
Андрис Саулитис, M.D.
Если вы сами сейчас думаете о суициде, эта брошюра — не то, с чего стоит начинать. Пожалуйста, свяжитесь с кризисной линией или экстренной службой прямо сейчас.
Латвия: 116123
Евросоюз: 112
США: 988 (Suicide & Crisis Lifeline)
Великобритания: 116 123 (Samaritans)
Для других стран: findahelpline.com
Для тех, кто: потерял из-за суицида того, кого любил, и хочет знать, чего ждать от горя, ставшего теперь частью вашей жизни, и как его нести.
Не для тех, кто: сам в зоне риска, — см. кризисные линии выше и свяжитесь с ними, прежде чем читать дальше. Переживание утраты из-за суицида само по себе фактор риска; если вы читаете это и ваш собственный риск начал расти, кризисная линия — первый звонок.
Что это такое — клиническая реальность
Эта брошюра — для того, кто потерял из-за суицида того, кого любил, — родителя, ребёнка, партнёра, брата или сестру, друга. Горе, которое следует за такой утратой, — настоящее горе, и оно к тому же нечто более специфическое, чем горе. Клиническая литература всё чаще признаёт утрату близкого из-за суицида собственной территорией — со своими паттернами, рисками и феноменологией, к которым обычная поддержка в горе не всегда приспособлена.
Три вещи, которые нужно знать.
Первая: утрата из-за суицида — не просто «более тяжёлое горе». Её выделяют специфические черты. Есть «почему», у которого может так и не быть ответа и к которому ум тем не менее не может перестать тянуться. Есть вина, у которой нет якоря, — несделанный звонок, резкое слово, занятая неделя, неотступно перебираемые в поисках хода, который мог бы всё изменить. Есть стыд, приходящий незваным извне: от культуры, которая всё ещё относится к суициду как к тому, о чём шепчут; от религиозных рамок, веками его осуждавших; от знакомых, которые не знают, что сказать, и потому не говорят ничего. Есть тот факт, что разговор об умершем вести труднее, чем при любой другой смерти, потому что сама причина так тяжело стигматизирована. Эти черты не делают ваше горе дефектным. Они делают его утратой из-за суицида, у которой своя форма.
Вторая: вы теперь сами в повышенном риске. Люди, пережившие утрату из-за суицида, несут более высокий риск суицида, чем общая популяция, — в несколько раз выше в годы после утраты. Это не слабость. Это накопленный вес горя, биология тяжёлого стресса, когнитивное сужение, которое производит утрата, и, для некоторых, ощущаемый пример того, кого больше нет. Знать это — защищает. Именно поэтому кризисная линия на обложке этой брошюры и именно поэтому первая задача этой работы — оставить себя в живых.